В 1964 году американская писательница Сьюзен Сонтаг опубликовала эссе «Заметки о кэмпе», которое стало манифестом для всех, кто видит красоту в абсурде. Она описывала эстетику, где «серьёзность умирает, а стиль торжествует».
Даже его музыкальные выступления — квинтэссенция кэмпа. В туре Love On Tour он выходит на сцену в комбинезоне с пайетками, который мог бы носить Элтон Джон в 70-х или группа Queen, и поёт о любви, притопывая в танцевальных движениях, словно пародируя самого себя. Зрители смеются, но не над ним — вместе с ним. Это и есть магия кэмпа: он позволяет быть абсурдным, не теряя достоинства.
Сонтаг отмечает, что кэмп имеет отношение к стилю, а не к содержанию. Это может проявляться через моду, искусство, музыку и другие формы самовыражения. В кэмпе важна игра с нормами и стереотипами, часто используются элементы пародии и иронии для того, чтобы подчеркнуть свою яркую природу.
60 лет спустя эти идеи воплощаются в образах британского певца Гарри Стайлса, двукратного лауреата премии Grammy, чьи яркие трико, платья с рюшами и концерты-карнавалы доказывают: кэмп не просто жив — он правит миром.
Между пафосом и пародией
Сонтаг называла кэмп «любовью к неестественному, искусственному, избыточному». Это эстетика, которая смеётся над высоким искусством, но делает это с обожанием. Её классические примеры — оперные дивы в кринолинах, фильмы ужасов с пластиковыми монстрами, позолоченные статуэтки, которые «слишком, чтобы быть настоящими».
Сегодня кэмп эволюционировал: он стал оружием против гендерных норм и культурной рутины. Когда в 2020 году Стайлс появился на обложке Vogue в платье Gucci, это не только вызвало вызвало вызвало восторг, но и эпатировало публику. Критики спрашивали: «Разве это мужской образ?» Но сама эта реакция — часть кэмпа. Как писала Сонтаг, кэмп «любит то, что общество называет вульгарным», и Стайлс использует эту стратегию, чтобы обнажить абсурдность гендерных норм. Его стиль — не про «стирание границ», а про их театрализацию. Например, на гала-мероприятиях он сочетает классические смокинги с лакированными туфлями на каблуке и перьями, словно издеваясь над самой идеей «уместности».
Гарри Стайлс, фотосессия VogueСтайлс: король современного карнавала
Участник бойз-бэнда One Direction давно перестал быть просто поп-звездой. В клипе «Watermelon Sugar» он доводит до гротеска летнюю эротику, заменив её нарезкой арбузов под неоновым светом — чистейший кэмп, где метафора становится буквальной, а серьёзность растворяется в смехе. В клипе «Late Night Talking» Стайлс танцует в костюме, напоминающем пижаму клоуна, на фоне дешёвых цифровых декораций. Здесь нет намёка на глубину — только чистая пародия на поп-культуру, где форма важнее содержания. Это и есть кэмп по Сонтаг: «желание превратить жизнь в искусство, но с акцентом на искусственность».
Согласно Сонтаг, кэмп — это своего рода художественный вкус, который акцентирует внимание на искусственности, преувеличенности и театральности. Кэмп любит то, что нарочито экстравагантно, манерно и даже иногда безвкусно, но при этом обладает особой притягательностью благодаря своей искренней эксцентричности.
Гарри Стайлс, Getty Images / Kevin Mazur Кэмп вне музыки: от инсталляций до сериалов
Если Сонтаг видела кэмп в старых голливудских фильмах, то сегодня он захватил галереи и стриминговые платформы. Художник Дэвид Лашапель создаёт фотографии, где библейские сюжеты сталкиваются с поп-культурой: Дева Мария в окружении золотых скелетов, Христос с газировкой в руке. Это кэмп как религия потребления.
Сериал «Эйфория» превращает подростковые драмы в визуальный взрыв: героини носят макияж, словно сошедший с картин Климта, а сцены школьных вечеринок подсвечены неоном, как ночные клубы 1980-х. Леди Гага, королева эпатажа, сделала кэмп своим основным языком: её мясное платье на музыкальной премии VMA и образ «арт-поп-инопланетянки» в клипе «Bad Romance» превратили абсурд в высокое искусство. Каждый её жест — от кристаллизованных масок до костюмов-трансформеров — это гимн театральности, где ирония и преувеличение становятся оружием против обыденности.
Даже мода, как в последних коллекциях Gucci, играет в ту же игру: модели выходят на подиум в костюмах, соединяющих рыцарские доспехи с пижамами, а сумки-гробы соседствуют с платьями эпохи Ренессанса.
Почему это работает
Стайлс не первый, кто использует кэмп, но он сделал его частью не только своего образа, но и современного мейнстрима. В эпоху, когда поп-культура всё чаще говорит о «подлинности», он предлагает альтернативу: «А что, если подлинность — это умение быть ненастоящим?». Его успех доказывает, что кэмп сегодня — не нишевая эстетика, а язык, на котором говорит поколение, уставшее от диктата «серьёзности». И как писала Сонтаг: «Кэмп — это попытка сделать необыкновенное с помощью обыкновенного». Стайлс делает наоборот: он превращает обыкновенное (платья, арбузы, блёстки) в необыкновенное — и заставляет мир аплодировать.
Все важные новости в Телеграм-канале Inffin. Больше клиентских историй и советов экспертов в Дзен. Подписывайтесь!